Дело Насирова сплошная манипуляция от начала до конца. Кукловоды решили в очередной раз кинуть озверевшим от обнищания украинцам объект для ненависти (судей) и выпустить пар с помощью их и Насирова.

Но в результате рискует получить обратный результат. Люди понимают, что охренели все: и судьи, и НАБУ, и Насиров, и кукловоды.

Что мешало НАБУ вызвать Насирова в рабочее время на допрос и вручит подозрение, а не устраивать сомнительные посещения нарушая КПК? Сбежал бы в Лондон? Так в розыск подавайте. В Интерпол. Потом это ему зачтется в приговоре.Ведите следствие согласно процедуре. Вам за это немалые деньги платят, а не за позирование перед камерами и нытьё.

Тоже самое касается судов, которые резко начинают вспоминать о второстепенных процедурных вопросах. Когда надо было власти, так суд сутки работал без перерыва, нарушая все мыслимые и немыслимые процедуры, начиная с подсудности. Как это было в деле Корбана.

Народу со стороны ясно, что их держат просто за идиотов.

Янукович тоже за идиотов всех держал.

Источник : http://politolog.net/analytics/delo-nasirova-sploshnaya-manipulyaciya-ekspert/

Підписуйтесь на нашу сторінку, POLITINFO, у Фейсбуці. Тисни кнопку “ПОДОБАЄТЬСЯ” Ризикуй знати набагато більше.

Масштаб скандала, возникшего в связи с делом главного фискала страны, обратно пропорционален масштабу личности Романа Насирова. Такая готовность к самоунижению  у людей встречается редко, а демонстрировать отсутствие всякого достоинства  на глазах у всей страны способны единицы. Ему бы для убедительности своей немощи еще бы струйку мочи под одеялом выпускать, но и так эффект выходит убийственный.

На мнение плебса высоко взлетевшему баловню судьбы, зятю своего тестя и мытарю своего президента, очевидно, плевать, но у него двое сыновей, достаточно больших, чтобы задавать вопросы о странностях поведения отца. Когда-то подрастет и недавно родившаяся дочь, а для девочек папа – модельный образец мужчины. Папе же нынче не до вопросов воспитания, он любыми способами готов спасать свою задницу и задницы тех, кто от его молчания зависит, а это очень важные люди, в его системе ценностных координат поважнее собственных детей.

Роман Насиров ведет себя как никто, как человек без родных и близких, от взгляда на себя глазами которых может быть удушливо стыдно. В то же время понятно, что Насиров и есть никто, и именно послушный никто на должности главы Государственной фискальной службы и был нужен тем, кто его туда поставил. Этот скандал – в первую очередь о них, а не о пустом месте под клетчатым одеялом.

Сейчас  все сосредоточены на процедурно-правовых аспектах дела, и они действительно важны. Успех или развал дерзкой операции НАБУ имеет, без преувеличения, историческое значение. Но дело Насирова, словно краситель в биологических экспериментах, уже наглядно проявило этическую фактуру власти, если кто-то на этот счет заблуждался. Можно много и красиво, сложив брови страдательным домиком, говорить о героях, отдавших свои жизни на фронте и на Майдане, но настоящим героем, базовым типажом, представляющим правящий класс, является никто-Насиров.

Поэтому они так кинулись его спасать, невзирая на чудовищные репутационные издержки. Насиров на скамье подсудимых, а тем более Насиров, дающий показания, куда более невыносимая для них картинка, чем та, на которой они рядом с жалким трусом-симулянтом, всем своим видом показывающим, что таки да, рыло в пуху. Ведь, по сути, под одеялом жмурится в определенном смысле каждый из них. Он – свой. А кто тогда чужие?

Дело Насирова, независимо от его исхода, знаменует окончательный разрыв весьма условного союза народа с постмайданым руководством. Отсюда его огромное, многими еще не осознанное значение. Проавансированная доверием в 2014 году, власть показывает, что она нам ничего не должна, и что ей ничего за демонстративную неподзаконность не будет. Это тем примечательней, что одновременно там уверены, что в 2019 году мы им будем должны все.

Выпьем за хорошую длинную память. Смотрите, слушайте, запоминайте. Впитывайте детали. Нам сейчас словно показывают учебный фильм необычного уровня откровенности. Потом они встрепенутся, постараются сделать вид, будто ничего и не было, и опять начнут прикидываться своими. Но мы-то помним.

—

Леонид Швец