«ПОУРАГАНИЛИ В 90-е» © В.ПУТИН

«ПОУРАГАНИЛИ В 90-е» © В.ПУТИН

Загрузка...

Дима утверждал, что долго торговался с Путиным. Я ему верю. С него просили сначала 15% от доходов. Это была общая такса – от 10 до 15%, если дело могло быстро принести доход. В итоге сговорились на 4%, которые будут принадлежать Путину», – рассказал предприниматель Максим Фрейдзон. Он утверждает, что в середине 90-х, как раз когда Путин был вице-мэром Петербурга, лишился выгодного бизнеса – доли в компании «Совэкс», заправляющей самолеты в «Пулково».

Пресс-секретарь президента поступил необычно: опроверг эти заявления еще до их публикации – сразу как получил вопросы журналистов, готовящих интервью. Иностранные СМИ готовят «информационную атаку» на президента, задавая вопросы о времени, когда Путин работал в мэрии С.-Петербурга, заявил он.

Дима, о котором шла в нем речь, – петербургский предприниматель Скигин, основной владелец «Совэкса» в 1990-е. Он сам прокомментировать слова Фрейдзона не может: в 2003г. Скигин умер в Ницце. При жизни он контролировал еще и Петербургский нефтяной терминал, через который экспортировал нефтепродукты давний знакомый Путина Г.Тимченко, часть Балтийской бункерной компании, заправляющей суда в петербургском морском порту, и одного из первых нефтетрейдеров на российском рынке – зарегистрированную в Лихтенштейне Horizon International Trading. Со Скигиным работали разные люди: некоторые из его партнеров сейчас обвиняются в причастности к преступным группировкам, как, например, петербуржец Г.Петров, дело против которого расследуется в Испании. А некоторые из бывших подчиненных Скигина теперь возглавляют госкомпании.

Кто такой М.Фрейдзон, рассказы которого вызвали неудобные вопросы к Путину?
По словам петербургских предпринимателей и чиновников, он не был заметной величиной в бизнесе. «Я его где-то видел, но не могу вспомнить», – сказал бывший член правительства Петербурга Ю.Новолодский. «Даже не слышал такой фамилии. Было много людей, которых можно назвать спящими акционерами: сначала они становились совладельцами бизнесов, а потом ничего особого не делали», – говорит бывший сотрудник нефтетрейдера «Кинэкс», а затем гендиректор «Совкомфлота» Д.Скарга.

Фрейдзон покинул РФ несколько лет назад. А в июле 2014г. подал иск в суд Южного округа Нью-Йорка. В нем бизнесмен, ссылаясь на американский закон «Об организациях, подверженных рэкету и коррупции» (RICO), требовал $540 млн со структур «Лукойла» и «Газпрома», которым достался «Совэкс». Фрейдзон утверждал, что в 1997г. у него и Скигина отобрали доли в этой компании, она попала под контроль известной в Питере тамбовской группировки и стала использоваться для отмывания денег. По его мнению, структуры «Лукойла» и «Газпрома», выкупившие компанию в конце 2000-х, были в курсе истории с захватом собственности. Сейчас «Совэкс» принадлежит в равных долях «Лукойл-аэро» и «Газпромнефть-аэро».

Американский суд отклонил иск бизнесмена, отправив его судиться в Россию.
Скигина никто ни к чему не принуждал, настаивает его сын, председатель совета директоров Петербургского нефтяного терминала Михаил Скигин. «Сталкиваться приходилось с различными людьми, но выбор партнеров всегда оставался за Д.Скигиным, и с сомнительными личностями он старался никаких дел не вести», – передал сын Скигина. Он предполагает, что Фрейдзон вообще говорит о каком-то другом «Совэксе»: владельцы компании сменились после сделки с участием ТЗК «Совэкс-Пулково», Петербургского нефтяного терминала и ОАО «Морской порт С.-Петербург», к которым Фрейдзон «не имел абсолютно никакого отношения».

Но данные реестра подтверждают, что Фрейдзон был связан именно с тем «Совэксом», который работал в «Пулково». Он владел 29% петербургской фирмы «Сигма», основная доля которой принадлежала Д.Скигину (здесь и далее – данные из отчетов компаний и СПАРК). А «Сигма», в свою очередь, контролировала ЗАО «Совэкс». Его ИНН совпадает с ИНН «Совэкса», работающего в «Пулково».

Прав Фрейдзон и в том, что «Совэкс» был ценным активом: бизнес у компании всегда шел хорошо. До 2013г. он был единственным топливозаправочным предприятием в «Пулково», а в 2014г. обеспечивал 99% потребности аэропорта в топливе. Выручка «Совэкса» в 2006г. составляла 4,8 млрд руб., в 2013г. перевалила за 13,7 млрд руб., а его чистая прибыль за 2009–2013 гг. превысила 5 млрд руб.
Когда много лет назад «Лукойл» и «Газпром нефть» выкупили «Совэкс», каких-либо уведомлений от Фрейдзона о том, что он был совладельцем компании, не поступало, добавляет представитель «Газпром нефти». Иск Фрейдзона в США отклонен, поэтому каких-либо рисков для «Газпром нефти» и ее активов не существует, уверен он.

Фрейдзон называл «авторитетных предпринимателей», отобравших у него «Совэкс», – С.Васильева, И.Трабера и В.Кумарина (Барсукова).

Судя по данным реестров, структуры этих людей, а еще Г.Петрова, арестованного в 2008г. испанской полицией по подозрению в организации тамбовско-малышевского преступного сообщества, в 1990-х были партнерами Д.Скигина по Петербургскому нефтяному терминалу и Балтийской бункерной компании, работавших в морском порту.

«Посторонних в порт не допускали, в 90-х это была высококриминализированная территория. За бункеровочный бизнес шли постоянные конфликты, доходившие до стрельбы», – вспоминает Скарга.
«После разрушения советской структуры управления государство ослабло. Сразу нашлись те, кто подменил собой государство и подмял под себя собственность. Кто был посильнее, организовал группы. Это происходило по всей стране», – рассуждает петербургский юрист, бывший зампред правления банка «С.-Петербург» А.Ибрагимов.

До наступления «исторического периода» Трабер собирал антиквариат, Кумарин работал охранником и барменом, а С.Васильев с братьями Борисом и Александром занимался боксом.
В 1990-х гг. они упоминались в материалах уголовных дел о тамбовской группировке, лидером которой называли Кумарина, или фигурировали в криминальных сводках. Так, в июне 1994г. Mercedes Кумарина расстреляли из автоматов, бизнесмен лишился руки. В мае 2006г. Васильева тяжело ранили, расстреляв его Rolls-Royce.

Эти люди и не выглядели как гангстеры, вспоминают их знакомые. Кумарин не производил впечатления бандита, говорит Новолодский: «Очень сдержанный. Немножко у него было что-то с хитрецой во взгляде, в мимике. Мимикой он подчеркивал, что знает немного больше собеседника». Новолодский рассказал, что познакомился с Кумариным в Петербурге в конце 1970-х – начале 1980-х: «Я пошел в бар «Таллин». Тянулась большая очередь, и людей запускали порциями. А на воротах стоял такой крепенький, невысокого роста парнишка. Когда он пропустил очередную порцию людей и очередь остановилась на мне, он меня спросил: «А ты-то зачем туда? Там молодежь собирается». Мне лет 28 было. Мы с ним разговорились. А примерно через неделю он был уже барменом. Очень быстро рос. Мне на протяжении последующих лет всегда было интересно беседовать с ним».

«Петров достаточно культурный в общении, громкоголосый, но вполне приятный человек. Те, которые были неприятными, – они все на том свете, – вздыхает знакомый Петрова. – А Васильев, довольно экстраординарная личность, известен как владелец роскошного дворца в Вырице под Питером».

«Глядя на фасад здания, на регулярный парк с площадью перед фасадом, вспоминаешь Екатерининский дворец в Царском Селе, Петергофский дворец и, наконец, Зимний. Особняк рассчитан на представительские функции – прием высокопоставленных гостей, – планировка и декор призваны поражать посетителей. Можно сказать, что это единственный мраморный дворец в окрестностях С.-Петербурга. Площадь мозаичных мраморных полов – более 600 кв. м» – описание дворца Васильева.

Кумарин к концу 1990-х стал вице-президентом Петербургской топливной компании (ПТК), созданной в 1994г. по предложению петербургской мэрии после ряда топливных кризисов в городе для контроля за поставками нефтепродуктов в город. Среди совладельцев ПТК были структуры Трабера и Петрова.

ПТК была совладельцем Петербургского нефтяного терминала Скигина и Васильева. Среди других совладельцев – петербургский морской порт и фирмы, связанные с Трабером, Скигиным и Петровым.

Трабер также считался одним из самых влиятельных людей в морском порту Петербурга, вместе со Скигиным входил в совет директоров порта. А когда в 1997г. образовалось ЗАО «Объединение банков, инвестирующих в порт» (ОБИП), совет директоров ОБИП возглавил Трабер и объединение стало управляющей компанией морского порта.

С годами эти люди обзавелись большими связями, говорят их знакомые. «Те из лидеров группировок, кто понимал, что нужно поддерживать отношения с властью, и осознал, что с усилением силовиков нужно знать свой уровень и видеть границы дозволенного, – те уцелели и неплохо себя чувствуют. А для тех, кто этого не понял, все закончилось смертью или тюрьмой», – рассуждает бывший петербургский следователь А.Зыков.

В материалах испанского уголовного дела в отношении Петрова утверждается, что обвиняемый в 2007г. контактировал с высокопоставленными сотрудниками СК, руководителями российских госкомпаний, депутатами и министрами. Якобы в октябре 2007г. он по телефону обсуждал дело о земельном участке с тогдашним зампредом СК И.Соболевским, однокурсником Путина и председателя СК Бастрыкина. Соболевский покинул СК по собственному желанию. Также в деле есть показания, что Петров помогал приобретать виллу в Испании для бывшего министра связи Л.Реймана. На прошлой неделе испанская газета написала, что следствие считает близкими к Петрову людьми экс-министра обороны Сердюкова и бывшего премьера Зубкова.

С Петровым вели дела и бизнесмены из списка Forbes. Так, совладелец «Евраз груп» А.Абрамов ранее вспоминал, что в 2007г. купил девелоперские проекты в Петербурге и Сочи у компании сына Петрова Антона. И при обсуждении сделки контактировал с Г.Петровым. На вопрос, не смущала ли его репутация Петрова, Абрамов ответил, что если в этом смысле накладывать ограничения, то пропадет половина сделок. Главное – гарантии юридической чистоты и права собственности, а с этой точки зрения стандарты были соблюдены, подчеркивал Абрамов.
Г.Петров хоть и попал под следствие в Испании, но, по словам его знакомых, 3 года назад сумел вернуться в Россию «с минимальными потерями». Судьба Кумарина сложилась иначе.
«Кумарин не понял новых правил игры, стал слишком заметен, попытался наезжать на людей, близких к Путину. И закончилось это печально», – делится мнением Зыков.

Кумарина арестовали в 2007г. после покушения на совладельца Петербургского нефтяного терминала – Васильева. По версии следствия, Кумарин готовил покушение, поскольку решил захватить контроль над терминалом, через который на экспорт шли нефтепродукты компаний, подконтрольных, в частности, Тимченко. Также Кумарина обвинили в рейдерских захватах нескольких объектов недвижимости в Петербурге, связанных со знакомыми Валентины Матвиенко.
Петров не ответил на переданные для него вопросы. Связаться с Трабером не удалось. М. Скигин передал, что среди совладельцев терминала нет структур Трабера, Петрова или Кумарина.

Между тем менеджеры компаний Скигина, Трабера, Петрова и Кумарина сделали блестящую карьеру. Так, руководитель департамента по управлению корпоративными затратами «Газпрома» Михаил Сироткин в конце 1990-х – начале 2000-х гг. был юрисконсультом ОБИП и информационно-юридического бюро «Петер» Трабера.

Предправления «Газпром нефти» А.Дюков в начале 1990-х гг. работал инженером в «Совэксе», позже – финансовым директором Петербургского нефтяного терминала, уполномоченным представителем ОБИП и руководителем экономического блока морпорта.

Сам предправления «Газпрома» Миллер в конце 1990-х был помощником Путина в петербургской мэрии, а затем директором по развитию и инвестициям морпорта и уполномоченным представителем ОБИП.

Компании, в которых они работали, находились в сложной системе взаимной зависимости, менеджерам приходилось многое учитывать, вспоминает Скарга. Но в нюансы теневого мира менеджеры не вникали, их задачей было сделать так, чтобы компания работала, считает он. Сам Скарга был знаком с Дюковым: «Дюков – умный, грамотный и профессиональный человек».

«Многие деловые люди, которые в Петербурге работали вместе с Путиным, оказались сегодня у власти. Что ж тут удивительного? Разве это показатель преступных аспектов их деятельности? Это показатель их деловых качеств, которые были известны Путину как одному из руководителей тогдашней администрации города», – считает Новолодский.

Путина и его знакомых и раньше упоминали в связи с теми людьми и компаниями, о которых рассказал Фрейдзон. В 2008г. экс-сотрудник ФБР и бывший руководитель разведслужбы Монако Р.Эринджер подал иск о взыскании недоплаченного жалованья с князя Монако Альбера II, в котором в перечне выполненных поручений упомянул список россиян, замеченных в сомнительной финансовой деятельности. В этом списке была фамилия Путина, Эринджер считал, что он связан с принадлежащей Скигину монакской компанией Sotrama, занимавшейся морскими перевозками. Sotrama владела нефтетрейдером Horizon International Trading.

В испанском деле Петрова есть показания юриста Хуана Антонио Унториа Агустина, обслуживавшего фирмы обвиняемого, в которых тот уверяет, что познакомился с Петровым через сотрудника разведцентра Испании полковника Хосе Алиеса Санса. Полковник рассказывал, что знает Петрова со времен, когда тот «имел отношение к КГБ», и что Петров – «близкий друг Путина». В России про связи Петрова с КГБ ничего не известно. Но известно, что в 1998–1999 гг. Петров владел 2,2% акций банка «Россия», объединившего знакомых и родственников Путина.

Другие знакомые Путина тоже работали с упомянутыми Фрейдзоном людьми. Так, председатель знаменитого дачного кооператива «Озеро» В.Смирнов в 1990-х успел побыть гендиректором ПТК – как раз когда ее совладельцами были фирмы Трабера и Петрова. Фирма друга юности Путина В.Хмарина «Вита-Х» до сих пор владеет 5% этой компании.

Бывший коллега Путина по КГБ В.Корытов был миноритарием и заместителем гендиректора «Совэкса» в начале 2000-х гг., после того как фирма «Сигма» Скигина и Фрейдзона исчезла из числа акционеров этого предприятия. Он также был совладельцем информационно-юридического бюро «Петер» вместе с Трабером. В 2001г. Корытов возглавил службу безопасности Газпромбанка, а в 2003г. стал зампредом правления. В совладельцах «Совэкса» в конце 1990-х – начале 2000-х был Николай Уланов, партнер старого знакомого Путина Н.Шамалова, а также фирма Dolomana из Лихтенштейна. «Дочка» последней владела несколькими крупными активами (например, Выборгским судостроительным заводом) вместе с Шамаловым и компанией «Росинвест», той самой, что занималась, как позже рассказал бывший партнер Шамалова С.Колесников, среди прочего строительством «дворца Путина» в Геленджике.
Во время работы в мэрии Петербурга Путин принял несколько решений, выгодных «Совэксу», Петербургскому нефтяному терминалу и ПТК. В мае 1996г. он согласовал сдачу в аренду «Совэксу» топливно-заправочного комплекса государственного «Авиапредприятия Пулково». В мае 1995г. подписал распоряжение, поручающее Петербургской топливной компании приобретать и хранить городской резерв автомобильного топлива.

На стадии становления и развития Петербургского нефтяного терминала Путин оказал неоценимую поддержку, как чиновник, курирующий внешнеэкономическую деятельность, говорит М.Скигин. Он отметил, что Путин поддерживал компанию, поскольку понимал «необходимость строительства первого экспортоориентированного российского нефтепродуктового порта с переориентацией потоков из зарубежных стран» без каких-либо бюрократических затягиваний и формальных придирок. Скигин категорически опроверг какое-либо личное участие Путина в «Совэксе».

Решения, принятые тогда Путиным, обычная, рутинная деятельность – они принимались по поводу огромного числа компаний, в этом и заключалась работа чиновника, сказал Песков. Детально отвечать на вопросы, связанные с заявлениями Фрейдзона о личной заинтересованности Путина в истории с «Совэксом», нет смысла, поскольку они совершенно неуместны, заявил Песков: «Общий ответ – нет.”
«Никакой информационной атаки здесь нет. Если Путин не имел отношения ко всем этим историям, то откуда вокруг такое количество его друзей и знакомых?» – говорит Зыков.

патриот поддержи украинский проект лайк на страницу https://www.facebook.com/webcalltoday

https://www.facebook.com/politinfo.com.ua