Это можно сказать об известной светской леди, общественной деятельнице Наталье Юсуповой, которая с первых дней войны и до теперь занимается волонтерством. Об особенностях благотворительности по-украински и не только, она и рассказала в интервью сайту “24”.

Наталья, скажите, в какой момент у вас возник импульс заниматься волонтерской деятельностью?

В тот момент, как только началась война. Как сейчас помню: 5 июня 2014 года я пошла проведать солдат – и с тех пор занимаюсь этой деятельностью.

Смотреть на боль и страдания людей крайне тяжело. Как вы это переносите?

Я плохо переношу то, что происходит за стенами госпиталя: страшные поступки, воровство, ложь, ненависть, интриги. А вот в госпитале, несмотря на кровь и боль, очень много позитивного идет от солдат. Именно от них я черпаю позитивную энергию.

Вы много общаетесь с ребятами, вернувшимися из зоны так называемой АТО. Каков ваш персональный рецепт: как им адаптироваться, социализироваться после столь тяжелого эмоционального стресса?

Давать рецепты, не будучи в их шкуре очень сложно. Но я как психолог, а, возможно, просто как взрослая опытная женщина, рекомендую тому, кто не имеет семьи, завести семью, а у кого есть семья – побольше находиться в ее кругу. А вообще, все очень сложно… Вы представляете себе, что они видели? Вчера они были красивыми, а сегодня у них нет рук, ног, челюстей… Им страшно на себя в зеркало смотреть. А на улице на них тыкают пальцами и обзывают калеками. Это очень тяжело. Нужна помощь родных, близких, окружения…

А как вы считаете, должно ли государство участвовать в процессе адаптации?

Естественно. Собственно, мы и есть государство. Я часто в этом контексте вспоминаю ветеранов британских войск, к которым у людей особое почитание, потому что политика государства направлена на то, чтобы воспитывать чувство уважения к солдатам. У нас же этого нет. Но надо отдать должное: для армии делается немало, во многом больше чем в 2014-2015 годах.

Люди каких социальных групп больше всего помогают воинам АТО?

С одной стороны, это люди, которые ничего не зарабатывают (пенсионеры, малоимущие). У меня просто борьба с пенсионерами! Я говорю им, что не буду ничего у них брать, потому что они сами едва сводят концы с концами, но они просто со слезами на глазах хотят хоть чем-то помочь. С другой стороны, помогают и богатые люди и люди среднего достатка. Тут, вероятно, больше всего играет роль человеческий фактор, чем социальный статус.

Каким образом можно стимулировать представителей бизнеса к активному волонтерству?

Бизнес помогал и помогает очень сильно. Насколько я знаю, в зону АТО покупают технику, оружие именно люди, которые зарабатывают. Это в народе говорят, дескать, бизнесмены не помогают. Это неправда! А вообще, если речь идет о помощи армии, нельзя разделять людей на богатых и бедных. На сегодня большая проблема заключается в том, что люди разочаровываются, поскольку есть очень много обмана и спекуляций. Есть множество “фейковых” волонтеров, создаются “фейковые” банковские карты и тому подобное.

Наталья Юсупова (справа) награждает участников “Игр героев”

Скажите, как вам удается совмещать сложнейшую волонтерскую миссию и оставаться при этом прелестной женщиной?

Вы знаете, моя прелестность уже во многом стерлась. Первые полгода я еще держалась, и на каблуках ходила, а потом все пошло по наклонной, потому что когда бегаешь по госпиталям, как-то не обращаешь на себя внимания. Кроссовки, спортивный костюм, хвост. Но в черном стараюсь не ходить (улыбается – Прим. ред.). Я поправилась на 15 кг… Недавно посмотрела и думаю, что надо себя уже в руки взять, освежать. Первый раз, помню, пришла в госпиталь в кроссовках, а ребята говорят: “Уходи! Приходи на каблуках”. Понятно, что речь не идет о том, чтобы приходить в госпиталь в мини-юбке или купальнике, но ухаживать за собой важно. И ребятам приятно, когда к ним приходит красивая женщина. Самое ужасное, когда некоторые женщины приходят в черном и начинают плакать.

Вы много времени проводите в госпиталях. Удалось ли наладить коммуникацию с медперсоналом?

Первое время было очень тяжело. Они меня не воспринимали. Думали, пришла какая-то гламурная дама попиариться, покомандовать, по фотографироваться. А сейчас медики уже привыкли ко мне и к моему присутствию, и со многими из них сложились дружеские отношения.

Наталья, не все люди понимают и воспринимают деятельность, которой вы занимаетесь. Многие критикуют, мол, пиар, не более…

Раньше я очень переживала по этому поводу. На каждом углу кричали, что это пиар, потому что я в политику собираюсь. И что? Прошли одни выборы, другие, многие волонтеры уже получили медали и ордена, избрались в депутаты, устроились в Минздрав или Минобороны, а я, как меня дразнят, по-прежнему пеку котлеты. Считаю, что нахожусь абсолютно на своем месте. Я практикующий волонтер и именно сейчас это мое призвание и миссия. Никакой политики у меня в голове нет, а то, что я пишу посты в Facebook на политические темы – это выражение моего гражданского мнения, не более того.

Где вы себя видите по окончанию войны?

Когда война, наконец, закончится буду жить как и прежде, но уже никогда не оставлю волонтерство. Я много говорю и пишу о солдатах и очень хочу, чтобы люди не забывали их, помогали… Ведь реально, столько ребят погибло. В госпиталях, на моих глазах умирали. При этом все как один говорят: “Отдадим свою жизнь, а за Украину пойдем до конца”. Я смотрю на настоящих героев – сильных и мужественных. Нельзя это все забыть, вычеркнуть, захлопнув крышку. Об этом нужно говорить очень много. А у нас как-то принято героями называть и награждать совсем других, не замечая настоящих героев – скромных, которые не выпячиваются. В общем, все как обычно: лавры получают одни, а воюют совсем другие.

Лично я от медалей отказываюсь, поскольку считаю, что не имею права. Когда солдаты, которые воевали в самых кровавых точках не имеют медалей, я их буду получать!? Это недопустимо. Но у нас все как-то странно происходит. К примеру, есть волонтеры, которых я ни разу не видела в госпиталях, зато они все в орденах ходят.

Традиционные кривые зеркала.

Да. А люди это все видят и очень огорчаются. Поэтому я скрываюсь в госпитале, там, где есть чистые сердца и светлые лица.