Сегодня в условиях турбулентности находится не только Украина, но и, по сути, все мировое пространство. Мировое сообщество находится в двуедином состоянии – между гибридным миром и гибридной войной.

Этот факт находит свое отражение, прежде всего, в подходах к разрешению конфликтов как между субъектами международного права, так и внутри них. Опыт на первый взгляд разнообразных форм «миротворчества» (на постсоветском пространстве, от Приднестровья до Карабаха) свидетельствует, что международные структуры тяготеют прежде всего к вариантам «замораживания» конфликтов, переводам противостояний из военно-«силовой» в политико-дипломатическую форму.

Это своего рода «залечивание» заболевания путем перехода из острой формы в хроническую фазу – редко приводит к выздоровлению, зато чревато осложнениями в будущем.

Ключевая проблема «внешнего» (международно-институционального) контура безопасности состоит в том, что практически все международные структуры, претендующие на обеспечение международной безопасности, являются порождением и продолжением эпохи «Холодной войны» и блокового противостояния.

А между тем сегодня мы живем в совершенно ином мире: структуру и систему взаимоотношений в мире теперь следует рассматривать в контексте парадигмы «гибридности» – как войны, так и мира. Именно она во многом определяет «горизонт мышления», в котором возможно содержательно осмыслить и оценить нынешнюю ситуацию, в частности, в Украине, и перспективы ее развития.

Мы находимся в ситуации, когда изменились (мутировали) традиционные угрозы миру и появились совершенно новые, прежде не попадавшие в фокус внимания. Это обстоятельство требует неотложного реформирования и актуализации существующих систем обеспечения международной и региональной безопасности.

Важное значение имеет факт усложнения и видоизменения терроризма. Проблема не только в том, что террористические организации объединяются, усложняются и весьма успешно противостоят правительственным силам правопорядка в различных странах, захватывая и контролируя целые регионы (пример ИГИЛ), а и в том, что, фактически, сами государства становятся «государствами-террористами», а террористические организации – их «внешними» парамилитарными структурами, инструментами реализации геополитических претензий и амбиций.

РФ – государство-террорист, использующее технологии «гибридной войны»

Российская Федерация, реализуя в разных регионах мира агрессивную внешнюю политику нынешнего режима, превратилась в такое государство: ГОСУДАРСТВО-ТЕРРОРИСТ. Российским руководство поддерживается политика не только террора, но и терроризма, как по отношению населения Украины и Сирии, так и против собственного народа.

Разнообразие методов и механизмов, которые использует РФ – шокирует. В качестве элементов давления на страны Запада используются хакерские атаки, вмешательство в процесс выборов, потоки беженцев из Сирии, шантаж, запугивание оружием массового поражения, энергетическое давление, манипуляторные информационные технологии.

Сущностным измерением «гибридности» (в ее прикладном, конфронтационном понимании) является постепенное размывание границ и граней между «военными» и «невоенными» составляющими и измерениями, как самого противостояния, так и его контекстов.

«Гибридность» проявляется в том, что боевые действия сочетаются с экономическими, информационными, политико-дипломатическими ударами по противоположной стороне и ее странах-партнерах. Это создает «синергетический» эффект, значительно превышающий по деструктивным последствиям традиционные формы ведения «объявленной» войны.

РФ ведет гибридную войну не только против Украины, но и против всех демократических стран. Опасностью является наличие среди демократических стран влиятельных «клубов друзей Путина», которые усиливаются во множестве европейских стран.

Безопасность Европы под угрозой не только войн и терроризма, но и чрезвычайных ситуаций различного характера, международной преступности и т.д. Существующие международные структуры (институции) не способны в полной мере им противостоять, не смотря на то, что ЕС приобретает черты системы коллективной безопасности, которая может дополнять НАТО в европейском регионе.

Украина – плацдарм, на котором агрессор отрабатывает военные, политические, информационные технологии “гибридности”

К сожалению, именно Украина стала плацдармом, на котором агрессор отрабатывает свои военные, политические и информационные технологии. И поэтому именно здесь, в Киеве, мы должны обсудить консолидацию наших усилий, общеевропейскую стратегию защиты. В ходе диалога выработать общую политику безопасности, от которой сегодня зависит будущее не только Украины, но и Европы, стабильное поступательное развитие мировой экономической системы.

Мы несем на себе бремя гибридной войны более четырех лет – одна из самых страшных в истории мировых войн длилась немногим долее…

Мы нашли силы и мужество дать отпор – не имея армии, при полностью разбалансированной экономике – отлично подготовленному, сильному, технически оснащенному противнику!

По данным Министерства внутренних дел, на временно неконтролируемой территории Луганской и Донецкой областей под видом военизированных формирований так называемых «ДНР» и «ЛНР» действует оперативная группировка российских оккупационных войск, в состав которой входят первый и второй армейские корпуса. Первый – Донецк, второй, – Луганск. Эти корпуса приписаны к 8 армии Южного военного округа Вооруженных сил РФ и состоят из местного населения, наемников и кадровых военнослужащих Вооруженных сил РФ. Штатная численность этих корпусов – 35,5 тыс. человек. В их арсенале: танков – 478, бронемашин – 848, артиллерийских систем, минометов – до 750, реактивных систем залпового огня – 208, противотанковых средств – 363, средств противовоздушной обороны – 419.

У нас же весной 14-го было только три оружия: сила духа бойцов Добробатов, самоотверженность волонтеров и команда государственных менеджеров, которые не могли дать погибнуть своей стране!

Как точно сформулировала Горда Меир: «У нас было секретное оружие – отсутствие альтернативы»! Мы остановили врага. Но остановить невиданную, коварную, замешанную на лжи и фейках, гибридную войну – наше общее дело!

Минские соглашения исчерпали свой миротворческий потенциал

Сегодня важнейшим приоритетом политики безопасности является развитие и укрепление сектора безопасности и обороны. Именно от боеспособности Вооруженных сил и эффективности деятельности правоохранительных органов во многом зависит будущее нашего государства, его суверенитет и территориальная целостность, а значит – стабильность и безопасность Европы.

Пора признать, что Минские соглашения исчерпали свой миротворческий потенциал.Необходимо срочно выработать новый формат урегулирования конфликта и восстановления суверенитета над временно оккупированными территориями.

Очевидно, настало время для выработки новой, более эффективной стратегии урегулирования вооруженного конфликта и детального плана поэтапного восстановления суверенитета и территориальной целостности Украины.

Стратегия деоккупации и реинтеграции оккупированных территорий Донбасса на основе МЕХАНИЗМА МАЛЫХ ШАГОВ как один из реальных путей к окончанию войны

Мы предлагаем Стратегию деоккупации и реинтеграции оккупированных территорий Донбасса на основе МЕХАНИЗМА МАЛЫХ ШАГОВ.

Украина уже следует в этом направлении. Я имею ввиду «Закон о деоккупации и реинтеграции Донбасса», а также законопроект № 8068 о национальной безопасности, который позволит повысить эффективность государственной политики в сфере национальной безопасности, обороны и обеспечит своевременную и эффективную реакцию на угрозы.

Однако требует принятия еще ряда законодательных актов, способствующих восстановлению территориальной целостности Украины. В их числе – два важнейших закона:

–  Принятие Закона об амнистии, под действие которого попадет большинство людей, живущих на оккупированной территории и вовлеченных в конфликт. Амнистия не коснется только тех, кто совершил тяжкие криминальные или военные преступления. Амнистия не коснется тех, у кого “на руках кровь”. По отношению к ним должно быть открыто криминальное производство, и мера вины определена украинским Законом.

– Принятие Закона о коллаборантах. Следует официально заявить, что юридически каждый человек-гражданин Украины наделен всеми гражданскими правами согласно Конституции Украины. А затем, используя прописанный в Законе механизм, нужно будет определить статус этого гражданина: является ли он жертвой оккупационного режима (таких большинство); или участником, в силу обстоятельств сотрудничавшим с оккупационным режимом; или преступником, который убивал наших солдат и участвовал в репрессиях против мирного населения. Соответственно, Закон должен определить степень общественного реагирования на соответствующий статус каждого человека.

Это очень сложный вопрос, который касается уровня готовности общества к компромиссу, но его обязательно нужно решить. Таким образом появится фундамент, опираясь на который подавляющее большинство населения временно оккупированных территорий легитимно вернется в правовое поле Украины, получит гражданские права и доступ к государственным сервисам. Только после этого станет возможным проведение на этих территориях выборов.

Не менее важным подготовительным фактором является выверенная коммуникационная стратегиявнутри Украины, объясняющая людям планы наших действий – крайне важна! Совершенно необходимо добиться понимания людей и получить поддержку гражданского общества Украины, поскольку только консолидация всего украинского народа и транспарентность процессов позволит реализовать программу в полном объеме, включая непопулярные, но совершенно необходимые меры.

Введение международной миротворческой миссии, определение статуса и порядка привлечения международных сил регулирования, программа международного мониторинга, консультативной и ресурсной помощи также является неотъемлемым шагом в реализации этапа деоккупации и реинтеграции через «Механизм Малых Шагов».

Что, собственно, представляет сам механизм:

1.              Выбирается и согласовывается отдельный участок (район) оккупированных территорий Донбасса, на котором противоборствующие военные формирования отводятсяза оговоренную линию – создается демилитаризированная зона безопасности.

Поскольку невозможно найти и ввести в Украину от 20 до 40 тысяч миротворцев, которые необходимы для одномоментной деоккупации и реинтеграции всей временно оккупированной территории Донбасса, предлагается начинать с отдельного города или района (например, Горловки и/или Новоазовского района).

2.              Специальная международная миротворческая миссия и Государственная пограничная служба Украины берут под свой контроль указанный участок территории и ее границы.

–        они заходят на территорию определенного города или района;

–        украинские пограничники и миротворцы совместно берут под контроль границу;

–       на остальной территории правопорядок и законность обеспечивают Национальная полиция, Национальная гвардия Украины, совместно с “голубыми касками”. На самом первом этапе, возможно, с привлечением добровольцев-дружинников из числа местного населения, представляющих местные сельские и поселковые советы;

3.              В пределах освобожденной территории силами органов юстиции Украины проводится подготовка к избирательному процессу и последующим местным выборам в соответствии с украинским законодательством.

Не важно, кто победит на этих выборах, принципиально важно, чтобы процесс шел согласно украинскому законодательству и с обеспечением свободного волеизъявления. Даже если выберут кандидата с откровенно пророссийскими взглядами, в стратегической перспективе после завершения процессов урегулирования конфликта этот вопрос будет сбалансирован в течение ближайших лет.

4.              На территории реинтегрированного участка восстанавливается работа всех государственных институтов и правоохранительных органов Украины.

Главное – сформировать переходную администрацию, которая начнет в рамках украинского законодательства работать с центральными органами государственной власти в рамках процедур реинтеграции и восстановления.

5.              Начинается процесс реинтеграции.

Прежде всего –улучшение качества жизни граждан на деоккупированной территории (здравоохранение, образование, пенсионное и другие виды социально-бытового обеспечения, финансово-банковская сфера, создание рабочих мест, занятость населения).

6.              Проводится процедура гуманитарного разминирования ранее оккупированной территории.

Зона боевых действий на Донбассе и территория вокруг него является одним из самых загрязненных минами и взрывоопасными предметами регионов в мире. Согласно данным ООН, площадь заминированных территорий в Украине составляет около 700,000 гектаров.

7.              Немедленно проводятся работы по устранению техногенных и экологических рисков

Район боевых действий всегда становится зоной экологического бедствия из-за поражения грунтов, местной флоры и фауны, загрязнения территории. Когда же речь идет о Донбассе, следует дополнительно принять во внимание специфику региона, в котором размещены многочисленные шахты, предприятия (в том числе химические), 1 200 источников ионизирующего излучения. Все они несут угрозы загрязнения источников питьевой воды, эпидемий, выбросов и взрывов метана и других вредных веществ. Экологическая катастрофа Украины станет экологической катастрофой для всей Европы! (Приложение 1)

8.              Запускается срочная программа проверки и восстановления украинских документов для всех людей, которые прожили эти годы на оккупированной территории.

Степень проверки этих людей должна быть высочайшая, по специальному механизму, чтобы украинские паспорта выдавались исключительно украинским гражданам.

9.              Начинается процесс восстановления социально-экономической инфраструктуры:дорог, мостов, учреждений, предприятий.

По различным оценкам для восстановления социально-экономической стабильности региона понадобится не менее 10 лет и от 20 до 30 млрд долларов США.

Поскольку в обозримой перспективе Украина не в состоянии самостоятельно компенсировать ущерб от военной агрессии, необходимы специальные меры экономической поддержки:

–        законодательное закрепление механизма привлечения доноров и инвесторов и предоставление возможности контроля расходования средств (Совет по распределению средств);

–        создание агентства (фонда) восстановления Донбасса с привлечением авторитетных международных организаций, например, на базе Института мира (исполнительный вице-президент – Уильям Тейлор, бывший посол США в Украине 2006-2009)

 

Фото: Макс Левин

Стратегические цели АИМ:

Помогать предотвращению, ведению и разрешению ожесточенных конфликтов как между странами, так и внутри государств;

Обеспечивать после-конфликтную стабильность и развитие;

Увеличивать потенциал мирного строительства, инструментария и интеллектуального капитала по всему миру;

Обучать, тренировать, снабжать информацией лиц, вырабатывающих политику, а также тех, кто проводит ее на местах; студентов и общественность;

–        налоговые и другие преференции для инвесторов;

–        возможно, создание свободных экономических зон для восстановления экономики Донбасса.

–        создание специального резервного фонда при участии международных организаций.

10.Проводится работа по возвращению вынужденно перемещенных лиц – внутренней миграции населения в покинутые из-за военных действий районы.

Следует учесть, что возвращение на Донбасс людей, которые прожили несколько лет вне токсичной российской пропаганды, будет способствовать восстановлению доверия местного населения к институтам власти Украины и в некоторой степени облегчит реинтеграцию.

11.Возобновляется участие граждан, проживающих на ранее оккупированных территориях в выборах в центральные органы власти Украины, но не ранее, чем через 3-5 лет.

Выборы можно проводить исключительно на демилитаризованной территории. Они не могут происходить при отсутствии необходимого безопасного окружения и дееспособных институтов.

Поспешное проведение выборов может способствовать усилению и возобновлению конфликта с новой силой.

Ангола, 1992 – победа одной стороны на выборах с отрывом в 1-2% спровоцировала новый конфликт и привела к новой гражданской войне. Война окончилась только в начале 2000-х.

Выборы можно проводить, когда границы государства находятся под его полным контролем или контролем международных наблюдателей, в противном случае нет никаких гарантий безопасности в день голосования.

В Хорватии, Боснии, Косово и Либерии – выборы происходили после установления эффективного контроля за пересечением границы (сроки 2-5 лет).

В случае Боснии ОБСЕ под давлением западных правительств санкционировала проведение выборов, проигнорировав отсутствие ряда условий для демократического голосования. Как следствие, после национальных выборов на ведущих должностях оказались люди, мало заинтересованные в полной реализации мирного соглашения.

Наиболее адекватный временной промежуток между прекращением огня и проведением выборов – 3года после прекращения огня. Если выборы проводятся меньше, чем через 2 года после прекращения огня в случае молодых демократий, и меньше, чем через 1 год – в случае развитых демократий, это приводит к возобновлению вооруженного противостояния.

Это время необходимо для обеспечения условия честного и свободного волеизъявления и формирования умеренной местной силы, способной создать противовес радикалам.

Кроме того, это время необходимо для возвращения на ранее оккупированные территории беженцев и вынужденно перемещенных лиц. Нельзя лишать права участвовать в выборах беженцев и временно перемещенных лиц! Нужно дать им возможность вернуться и освоиться в местах ранее постоянного проживания!

Изменение избирательного законодательства требует предоставления как минимум 1 года всем участникам избирательного процесса (комиссиям, партиям, избирателям и т.п.) для ознакомления с новыми правилами и налаживания работы.

Проведение национальных выборов в Верховную Раду в ранее оккупированных территориях до разоружения, демилитаризации, восстановления контроля над границей, надлежащего законодательного и институционального обеспечения выборов не приведет к решению конфликта. Результаты таких выборов не будут признаны большинством участников конфликта и, следовательно, весь процесс будет обречен на неудачу.

Результаты реализации Плана деоккупации и реинтеграции оккупированных территорий

В результате реализации Плана на освобожденной территории восстанавливается системная работа органов власти, повышается качество жизни людей, обеспечивается безопасность и правопорядок, нормализуются все процессы жизнедеятельности. В измученные войной города и села приходит нормальная мирная жизнь.

Затем проект масштабируется на соседние районы. При этом, каждый следующий этап деоккупации и реинтеграции будет проходить легче, поскольку местные жители освобожденных городов и сел станут “агентами влияния”, примером и образцом для соседей.

Таким образом можно ожидать, что процесс деоккупации и реинтеграции будет идти с нарастающей интенсивностью и будет более эффективным и менее ресурсозатратным, чем одномоментная операция на всей временно оккупированной территории Украины.

МВД и подконтрольные ЦОВВ – ключевые субъекты освобождения территорий Донбасса и восстановления контроля над государственной границей Украины

Мы понимаем, что освобождение территории Донбасса и восстановление контроля над восточной границей будет полицейской операцией с привлечением миротворческих сил, а не военной. Силы МВД – полиция, Нацгвардия, погранслужба, служба по чрезвычайным ситуациям и Миграционная служба готовятся к этому варианту – каждая наша служба уже разрабатывает Стратегию реинтеграции этих территорий по своему направлению. Как только война уйдет с этой земли – наши службы будут готовы немедленно приступить к выполнению своих функций с учетом особенностей ситуации.

И именно наши полиция, Нацгвардия, миграционная служба, сервисные центры – будут для них носителями идеологии и позитивных изменений, которые произошли в Украине за то время, пока эти территории были от нас оторваны. Мы должны показать позитивные изменения, должны принести на эту землю мир, безопасность, открытую доброжелательную европейскую Украину! И это – тоже наша общая задача! Давайте вместе выработаем этот план – и мир станет более гармоничным, способным к развитию и экономическому благополучию!

МВД и ее структуры (НП, НГ, ПС, ЧС) можно считать ключевыми инструментами и механизмами реализации этого плана, поставить в фарватер обеспечения игры на опережения, которую мы можем противопоставить стратегиям «гибридной войны», все более комбинированно ведущейся против Украины.

Нам тут отводится особая роль активного субъекта противодействия «гибридной войны» и про-активного гаранта социальной стабильности.

Украине нужно вернуть территориальную целостность и суверенитет над оккупированными территориями Крыма и Донбасса. И не путем умиротворения агрессора, а путем ряда поступательных шагов и разумных компромиссов.

Мы вернем не территории – мы вернем людей! Эти люди травмированы российской пропагандой и бандитским режимом, поэтому очень многое зависит от того, в какое государство они вернутся, какое государство они увидят.

 После гибридной войны наступит гибридный мир – надо готовиться ответить на вызовы

Нет сомнения, что «гибридная война» рано или поздно закончится. Однако уже порожденные и еще порождаемые ею проблемы никуда не уйдут. Скорее наоборот – они войдут в качестве значимых составляющих в специфический феномен «гибридного мира», на вызовы которого – манипулятивные информационные технологии, хакерство, экономический шантаж, терроризм в самых разных проявлениях – придется научиться отвечать как Украине, так и мировому сообществу. Мир изменился навсегда.

Поэтому стратегическая задача — в условиях проходящей «гибридной войны» готовиться к приходящему «гибридному миру», расширяя рамки от осознания проблемы к разработке новых действенных механизмов превенции.

Как писали братья Стругацкие в своем романе «Гадкие лебеди» (1967), «будущее – это тщательно обезвреженное настоящее. Именно под такое будущее и должна сегодня выстраиваться система безопасности в ее глобальном измерении.